Спасти кошку невидимку

Али Узденов — Председатель Попечительского совета Межрегиональной Ассоциации «Центр по изучению и сохранению снежного барса «Ирбис»

По данным Российской академии наук, по состоянию на 2002 год популяция снежного барса в нашей стране составляла 150−200 особей, а потом началось резкое падение численности до 20−30. Сейчас у нас в стране 87 снежных барсов. Как удалось увеличить популяцию?

— В отношениях с дикой природой существует простое правило: не навреди. Природа сама может восстановиться, сама может себя излечить. Что касается снежных барсов — да, их численность катастрофически падала все эти годы. Причин было несколько. Первая — фактор беспокойства. Вторая — отсутствие кормовой базы: козерогов было мало, аргали были на грани исчезновения, наблюдалось всего 300−400 особей. Сейчас их четыре тысячи только на территории нашей страны, и в Монголии ещё столько же. Третья причина — браконьерство, и наконец, конфликты с местными скотоводами — естественная конкуренция за пастбища и территорию.

Основным толчком к восстановлению стало то, что государство начало обращать внимание. Был создан национальный парк «Сайлюгемский» на территории Республики Алтай, полноценно заработавший в 2012 году. Проблеме было уделено внимание и в Саяно-Шушенском заповеднике, национальном парке «Тункинский». Численность начала потихоньку расти. Особо хотелось бы отметить роль добровольцев, науки и тех подвижников, которые работают в заповедниках и национальных парках.


— Ареал обитания ирбиса охватывает территорию более чем десяти евразийских стран. Как развивается международное сотрудничество в деле защиты этих животных?

— Сегодня снежные барсы обитают на территории 12 стран Азии — от России, где живут самые северные ирбисы мира, до Бутана, от Узбекистана до Китая. В каждой из этих стран ирбисы — это не просто редкие хищники, это часть культуры местных народов и символ экосистемы азиатских гор.

Ирбис — мигрирующий вид, который не признаёт человеческих барьеров в виде пограничных постов и границ. Снежные барсы переходят из одной страны в другую по горным хребтам, где могут подвергаться угрозам — от браконьерства до разрушения местообитаний. Тот факт, что исторический ареал разделён границами 12 государств, ставит перед мировым природоохранным сообществом непростой выбор: либо мы объединяем усилия ради спасения символа гор, либо теряем вид.

В 2012 году в Бишкеке представители стран ареала подписали Бишкекскую декларацию в рамках Глобальной программы по сохранению снежного барса и его экосистем (GSLEP). Тогда же был учреждён Международный день снежного барса — 23 октября. А в 2025 году наша Ассоциация «Ирбис» совместно с Раисом Республики Татарстан Рустамом Миннихановым и Минприроды России собрала представителей природоохранных систем из всех 12 стран ареала на Международной конференции в Казани. Участники подписали Казанскую декларацию о совместной охране вида.

В декабре 2025 года в ходе визита Президента Р Ф Владимира Путина в Индию Россия присоединилась к Международному альянсу больших кошек. В том же месяце Ассоциация «Ирбис» подписала соглашение о сотрудничестве с Альянсом. Уже в июне состоится Международный саммит больших кошек, где мы также принимаем участие. Таким образом, снежный барс действительно может играть роль «дипломата гор». «Барсиная дипломатия» в деле.


— Сохранение и увеличение численности снежного барса — один из пунктов национального проекта «Экологическое благополучие». Насколько удалось приблизиться к достижению этой цели?

— Сегодня численность снежного барса в России составляет 87 особей — таковы данные учёта 2025 года при поддержке Ассоциации «Ирбис». Для сравнения: в 2018 году фиксировали 61 особь.

Хотелось бы отметить успехи на некоторых участках. С 2018 года благодаря уникальной программе восстановления и транслокации особей из другой страны была восстановлена практически утраченная группировка в Западном Саяне — в границах Саяно-Шушенского заповедника, где сейчас обитают 19 ирбисов. В долине реки Аргут сегодня минимум 25 снежных барсов — самая крупная группировка в России, поддерживаемая благодаря большой популяции сибирского горного козла.

Непростая, можно сказать, критическая ситуация складывается в Бурятии, где осталось всего две особи. Здесь явно придётся прибегнуть к программе реинтродукции. Россия взяла на себя обязательство довести минимальную численность ирбисов до 150 особей, однако учёные считают, что для генетической устойчивости популяции необходимо достичь 300 особей.

Сохраняются угрозы в виде браконьерства и разрушения местообитаний. Кроме того, из-за снижения численности копытных участились случаи нападения ирбиса на домашний скот. Наша Ассоциация уже несколько лет выплачивает компенсации населению за ущерб, нанесённый снежным барсом. Сегодня мы также рассматриваем введение практики поощрения местных жителей за помощь в сохранении ирбиса.


— Вы сказали, что скотоводов необходимо примирить с фактом соседства с барсами. Как это происходит на практике?

— Вряд ли кто‑то скажет, что барс не нужен, наоборот, он необходим нашей природе. Но для того чтобы был барс, необходимо сохранить популяцию аргали — барсу надо чем‑то питаться. Кроме того, сейчас мы наблюдаем тревожную тенденцию снижения численности козерога. Возможно, речь идёт о какой‑то болезни. Мы находимся на финальной стадии договорённостей с Горно- Алтайским государственным университетом и РАН о проведении соответствующего исследования.

Мы проводим просветительскую работу в регионах. Работаем и с детьми, и со взрослыми. Проводим районные праздники снежного барса. Дети — наши союзники. Например, девочка в одном из районов после встречи в школе встала и сказала: «Мой папа ставит капканы. Я сейчас пойду и поговорю с ним!». Это результат. Конечно, менталитет меняется. Просто хотелось бы, чтобы это происходило быстрее.


— В Китае, где самая многочисленная популяция снежного барса, введены жесточайшие меры за браконьерство. Следует ли в России ужесточать законодательство?

— Есть опыт других стран, и он различен. В Китае очень жёсткие законы. Ядро всемирной популяции снежного барса действительно находится в Китае: по разным оценкам от четырёх до пяти тысяч особей — больше половины мировой популяции.

Есть индийский подход: там человек и снежный барс — друзья. Люди, живущие в высокогорных сёлах, строят свою жизнь на популяризации снежного барса: приезжают туристы, фотографы — это ночлег, питание, работа гидами, продажа сувениров. В Индии снежные барсы человека не очень боятся. Просто нужно иметь хорошую физическую форму, чтобы подняться на четыре-пять тысяч метров.

Интересен опыт Киргизии: там занялись охраной и увеличением популяции баранов Марко Поло. Доходы от дорогих лицензий на охоту делятся на три части: местная община, организаторы охоты и бюджет. Теперь все заинтересованы в том, чтобы были бараны. А раз есть бараны — больше стало и барсов. В результате произошёл значительный рост популяции. Есть опыт Бутана: там барса боготворят, и там он чувствует себя хорошо.


— Снежный барс — практически неуловимый зверь. Какие научные исследования удалось провести благодаря Ассоциации?

— Ассоциация «Ирбис» активно работает с 2021 года. Сегодня мы поддерживаем научные исследования, антибраконьерскую работу, экологическое просвещение, крупные международные проекты — не только в сфере охраны ирбиса, но и манула, алтайского горного барана, сокола-балобана и кабарги. При нашей поддержке проходят научные экспедиции в каждом из четырёх регионов обитания — Красноярском крае, Республиках Алтай, Бурятия и Тыва.

В этом году по нашей инициативе был выпущен первый в России каталог особей ирбиса — «Снежные барсы России», где собраны истории, фотоматериалы и данные обо всех известных учёным диких ирбисах, а также информация о животных, содержащихся в зоопарках страны. Совместно со Сбером мы работаем над уникальной информационно-аналитической платформой по снежному барсу — современные технологии помогают объединить, систематизировать и эффективнее анализировать данные.


— Может ли дело сохранения снежного барса стать позитивной точкой соприкосновения между Россией и другими странами — в том числе недружественными?

— Сейчас есть Международный альянс больших кошек — это аналог ООН для этих животных. Барс есть во многих зоопарках мира. Нужно правильно подбирать генетику, чтобы получать устойчивое потомство. Этой работой очень хорошо занимаются, например, в Кёльне. В Московском зоопарке живёт пара барсов — Дайна и Унцик. В Новосибирском и Пермском зоопарках получают хорошее потомство, и сейчас Нижегородский зоопарк тоже занялся снежными барсами. Зоопарки — это «генетический холодильник» для барса.

Мы даже в Афганистане, работая над фильмом, получили уникальные кадры. Там барс забрался в овчарню, его закрыли, и всей деревней на сходе решали, что с ним делать: отпустить или казнить. Прямо как на римском форуме.


— Отпустили?

— Большинством голосов — отпустили. У нас есть уникальные кадры, как он убегает на свободу. Многие наши граждане даже не знают, что снежный барс есть в России. Мы проводили большую выставку в Третьяковской галерее. Многие посетители были удивлены, узнав, что барс живёт в нашей стране — они думали, что он живёт «где‑то там».


— Вы стали генеральным продюсером документального фильма «Хозяин Алтайских гор». Расскажите, как проходили съёмки.

— Съёмки первого в России полноформатного фильма про снежных барсов стали серьёзным испытанием для всей нашей команды — более 40 человек, включая учёных и инспекторов национального парка «Сайлюгемский», ставших героями фильма.

Мы столкнулись с множеством трудностей: сильный холод, пронизывающий ветер, горная болезнь. Порой приходилось подолгу выжидать в укрытиях, не имея возможности разжечь костёр, чтобы не спугнуть зверя. Были и курьёзные случаи — например, подготовленный для нас вагончик в первую же ночь разобрал медведь. Мы считали, что съёмки займут не больше 6 месяцев, однако опыта подобных съёмок ирбиса в дикой природе ни у кого не было — мы стали первопроходцами. В итоге съёмки затянулись на три года.

Нам удалось рассказать трогательную историю барсёнка Турала и его семьи. Рад, что получилось доброе и правильное семейное кино, которое озвучили легендарный Николай Николаевич Дроздов и актёр Константин Хабенский. Фильм отмечен на более чем 20 российских и международных кинофестивалях, в том числе в Мексике, Испании и Великобритании.

Сейчас при финансовой поддержке ВТБ мы снимаем международный кинопроект «Люди и барсы» — уникальный фильм о снежном барсе и о тех людях, которые его охраняют, изучают и любят — во всех 12 странах обитания ирбиса.

Беседу вела Татьяна Антонова

— Кыргызстан — одна из двенадцати стран мира, где обитают снежные барсы. Какие меры предпринимаются для сохранения и восстановления популяции?

— Количество особей снежного барса у нас увеличилось. Я сейчас не называю конкретных цифр, поскольку именно в эти дни мы проводим очередные полевые исследования для подсчёта численности животных. Но рост популяции связан с тем, что был принят специальный закон об охране ирбиса. К тому же он входит во многие официальные документы в качестве талисмана. В этом году мы собираемся проводить Международные игры кочевников, и барс является официальным символом этого большого праздника. В Киргизии к снежному барсу особое отношение. Охота на барса запрещена законом.

— Во многих странах, где обитает снежный барс, остро стоит проблема кормовой базы — копытных животных. Как обстоят дела в Кыргызстане?

— Барсу действительно нужна кормовая база. Ему пирожки на подносе не принесёшь — он «мужчина» самостоятельный, должен охотиться сам. У нас резко повысилось количество горных козлов, на которых охотится ирбис. В социальных сетях сейчас очень часто появляются фотографии и видео, где люди, просто вышедшие погулять по горам, снимают горных козлов. Они даже стали выходить на шоссейные дороги. Это произошло благодаря тому, что был принят закон о сохранении популяции животных, внесённых в Красную книгу. Горные козлы в неё входят, а у нас сейчас к этому относятся очень тщательно и жёстко.


— Самая крупная группировка снежного барса живёт в Китае. Там очень суровые санкции за браконьерство. Насколько применим этот опыт для Кыргызстана?

— У нас, конечно, законы помягче, чем в Китае. Но у нас довольно жёсткая уголовная ответственность за браконьерство. Однако за последние несколько лет я ни разу не слышал, чтобы кто‑то пытался продать шкуру снежного барса. У нас была проведена большая просветительская работа о том, что снежный барс является символом кыргызов. Это благородный, красивый зверь. Мы идём по пути просвещения и хотим привить людям братское отношение к этому животному. Если он является символом нашего народа, то убивать его — кощунство.

Народ к этому правильно отнёсся. Я знаю несколько примеров, когда люди сами ловили браконьеров и говорили: «Этот человек ходил там, где мы видели снежного барса». Я думаю, это правильное отношение. Если люди сами будут относиться к барсу как к родственному существу, как к олицетворению кыргызов — это очень хороший посыл.

Справка: В сентябре 2024 года Кыргызстан выступил с инициативой объявить 23 октября Международным днём снежного барса на 79‑й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Резолюция была принята единогласно. Соавторами стали 62 страны, включая Азербайджан, Афганистан, Индию, Казахстан, Китай, Пакистан, Россию, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Цель объявления — привлечь внимание мирового сообщества к проблеме сохранения этого хищника и стимулировать международное сотрудничество.


— Как продвигается сотрудничество с российскими учёными и подвижниками в деле сохранения снежного барса?

— В прошлом году я был в Москве и встречался там с товарищами из Татарстана. Я узнал тогда, что барс — официальный символ Татарстана, и спросил: «А у вас в регионе вообще барс водится?». Оказалось, что не водится. Тогда я предложил Киргизии и Татарстану «дружить семьями» и работать вместе. В этом году мы намереваемся заключить договор о совместном изучении и сохранении барса, отслеживании мест его обитания.

Также недавно Киргизия передала трёх барсов Республике Алтай. Это было сделано с особой подоплёкой. По одной из гипотез, кыргызы пришли с Алтая на Тянь-Шань. Считается, что кыргызы испокон веков жили на Алтае, но, будучи кочевым народом, перемещались туда-сюда и в итоге закрепились на Тянь-Шане. Были и сугубо политические причины: с одной стороны, Россия начала осваивать Сибирь; с другой, Китай ввёл границы. В результате кыргызы были вынуждены остаться на Тянь-Шане. Но так мы — алтайский народ. Этот дар имел потаённый смысл: мы, кыргызы, отдаём барсов на свою историческую родину.

— Что ты знаешь про ТАСС?

— Для меня это главное СМИ в России. Если нужно проверить факт, первым делом сверяюсь с тассовской лентой. Старейшему агентству с более чем 120-летней историей и огромной сетью корреспондентов по всему миру я доверяю на 100%.


— Почему ты решила принять участие в конкурсе?

— Я люблю животных и природу, невероятно красивые фотографии снежного барса меня зацепили! Решила участвовать в этом по-настоящему добром проекте, потому что хочу внести свой вклад в защиту редкого вида кошек.


— «Атасс» и «ТАСС» — созвучны. Как пришла идея такой клички?

— Идея имени «Атасс» пришла сразу: искала что-то короткое и энергичное. Слово «атас» ассоциируется с драйвом и скоростью. А когда я поняла, что если добавить «с», то получится созвучно ТАСС — других вариантов уже не было.


— А что ты знаешь про снежных барсов?

— Снежных барсов не случайно называют «призраками гор» — они скрытные, находятся на грани исчезновения. Я считаю, что это очень правильно, когда такие крупные и авторитетные СМИ, как ТАСС берут под опеку тех, кому нужна помощь. Это привлекает внимание к проблеме и даёт шанс сохранить редкий вид животных.

Ульяна Сергиенко получит эксклюзивный подарок с изображением Атасса и посетит ведущее информационное агентство страны.

Имя барса прозвучит на Петербургском международном экономическом форуме. Он станет «специальным корреспондентом ТАСС в дикой природе». Агентство совместно с Межрегиональной Ассоциацией «Центр по изучению и сохранению снежного барса «Ирбис» будет пристально следить за барсом и рассказывать широкой общественности о его жизни.